Иногда поневоле прибегая к более или менее искусственным объединениям, имеющим совершенно условное значение, систематики-эволюционисты не находят, однако, более удобным следовать предложению Павлова. И действительно, если бы это предложение было принято к руководству, то систематика невероятно осложнилась бы вследствие одновременного применения двух классификационных систем. От этого эксперимента пришлось бы, конечно, отказаться, и мы могли бы остаться при разбитом корыте — при «морфологической» классификации, старой, основанной на метафизическом понимании органического мира «классической» классификации Кювье, дОрбиньи, Агассица и других креационистов.

Таким образом, предложенная Павловым двойная классификация никакого практического удобства для систематиков-эволюционистов не представляет. Зато дальнейшая история биологической мысли показывает, что даже такие сравнительно небольшие и непринципиальные отклонения от дарвинистского понимания основ классификации, — независимо от воли и даже без ведома ученых-эволюционистов, допускавших подобные отклонения, — способствовали попыткам изгнать эволюционизм из области морфологии и систематики организмов.